Антропология

Дополнительные поэтические размеры.

Пэоны.Это так называемые четырёхсложные размеры, их четыре: пэон I, пэон II, пэон III и пэон IV. Получаются они просто. Берём двусложный размер (ямб или хорей) и выкидываем из него каждое второе ударение. Получается система пиррихиев. Так как они систематизированы, получается новый размер, где ударение может падать так: пэон I: 1, 5, 9 и т.д. слоги, пэон II: 2, 6, 10 и т.д. слоги, пэон III: 3, 7,11 и т.д. слоги, пэон IV: 4, 8, 12 и т.д. слоги.

Просто приведу примеры.

Пэон I.

Спите полумёртвые увядшие цветы,
Так и не узнавшие расцвета красоты,
Близ путей заезженных взращённые творцом,
Смятые невидевшим тяжёлым колесом
(К.Д. Бальмонт)

Пэон II.

Не думай о секундах свысока.
Наступит время, сам поймёшь, наверное, —
Свистят они, как пули у виска,
Мгновения, мгновения, мгновения
. (Р. Рождественский)

Пэон III.

Входит Пушкин в лётном шлеме, в тонких пальцах — папироса.

В чистом поле мчится скорый с одиноким пассажиром.

И нарезанные косо, как полтавская, колёса

С выковыренным под Гдовом пальцем стрелочника жиром

Оживляют скатерть снега, полустанки и развилки

Обдавая содержимым опрокинутой бутылки. (И. Бродский)

В данном примере пэон III тесно переплетается с обыкновенным хореем, что, впрочем, встречается довольно часто, потому что изначально пэон требует очень длинных, не менее чем четырёхсложных слов для построения правильной поэтической строки. А вот трёхстопный пэон III, он встречается у Александра Галича:

Вьюга листья на крыльцо намела,

Глупый ворон прилетел под окно

И выкаркивает мне номера

Телефонов, что умолкли давно.

Пэон IV.

Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит.
(А. Пушкин)

Пэон I и III не только допустимо, но даже и довольно интересно мешать с хореем, а пэон II и IV — с ямбом.

Пентон (пятисложник) — стихотворный размер из пяти слогов с ударением на 3 слоге. Относится к слассу пятидольников. Пентон разработан А.В. Кольцовым и употребляется только в народных песнях. Рифма, как правило, отсутствует.

Не шуми ты, рожь,
Спелым колосом!
Ты не пой, косарь,
Про широку степь!
(А.В. Кольцов)

Четырехдольник в русской поэзии является самой употребительной из ритмических групп. Четырёхдольник несет главный метрический акцент на первой доле и побочный акцент на третьей доле Он имеет четыре видовые формы:

Четырехдольник 1-й | |
Четырехдольник 2-й |
Четырехдольник 3-й |
Четырехдольник 4-й |

Общепринятая теория стиха относит первый и третий виды к хореическим размерам, а второй и четвертый — к ямбическим. Стихотворений четырехдольного строя — неимоверное количество. Русские поэты выработали множество видовых и типовых моделей трехкратного, четырехкратного, пятикратного и шестикратного объема.

Трехкратный четырехдольник первый различных форм (сюда входит и пятистопный хорей); контрольный ряд | | | |:

| Выхожу о|дин я на до|рогу; /\ /\ |
| Сквозь туман крем|нистый путь бле|стит; /\ /\ /\ |
| Ночь тиха. Пус|тыня внемлет | богу, /\ /\ |
| И звезда с звез|дою гово|рит. /\ /\ /\ |
(М. Лермонтов)

Трехкратный четырехдольник второй (сюда входит и пятистопный ямб); контрольный ряд | | | :

Мы | молоды. У | нас чулки со |штопками.
Нам | трудно. Это | молодость ви|ной. /\ /\
Но | пляшет за де|шевенькими | шторками
Бес|платный воздух, | пахнущий вес|ной. /\ /\
(Р. Казакова)

Трехкратный четырехдольник третий (сюда относятся и стихи типа «Камаринской»); контрольный ряд | | | :

Холод, | тело тайно | сковываю|щий, /\
Холод, | душу оча|ровываю|щий… /\
От лу|ны лучи про|тягивают|ся, /\
К сердцу | иглами при|трагивают|ся. /\
(В. Брюсов)

Трехкратный четырехдольник четвертый, к которому относится и четырехстопный ямб всех моделей, со всевозможными клаузулами; контрольный ряд | | | :

Ракеты | возникают | рыжие, /\ | /\
И голу|бые и о|ранжевые. | /\
Они цве|тут над всеми | крышами, /\ | /\
Меня, как в | детстве, заво|раживая. | /\
(Е. Евтушенко)

Пятидольник. Потрясающие, весомые, сильные стихи можно создать, пользуясь таким исконно русским размером, как пятидольник. Истоки его — народная поэзия. Эта сложная двухакцентная мера, сочетание трехдольника с двудольником. Главный метрический акцент находится на первой доле трехдольника, побочный акцент — на первой доле двудольной части: | . Как и пэон, пятидольник имеет несколько (пять) видовых форм, зависящих от положения в стихе анакрузы и соответствующей ей эпикрузы:

Пятидольник 1-й | | |
Пятидольник 2-й | |
Пятидольник 3-й | | |
Пятидольник 4-й | |
Пятидольник 5-й | |

В русской поэзии разработаны третий, четвертый и пятый пятидольники. Третий и пятый пятидольники совместимы и взаимозаменяемы; они распространены 231в русском народном стихе. Вот пример трехкратного пятидольника третьего вида:

Жаворо’ночек на прога’линке распева’ет.
Он зове’т весну, радость кра’сную вызыва’ет.
(Н. Цыганов)

Или:

Как привя’жется, как приле’пится
К уму-ра’зуму думка пра’здная,
Мысль доку’шная в мозг твой вце’пится
И клюёт его, неотвя’зная.
(В. Бенедиктов)

То же с двудольной паузой:

Не слышны’ в саду даже шо’рохи,
Все здесь за’мерло до утра’.
Если б зна’ли вы, как мне до’роги
Подмоско’вные вечера’.
(М. Матусовский)

Четвертый вид встречается в нашей поэзии довольно часто.

Дымится по’ле, рассвет беле’ет,
В степи тума’нной кричат орлы’.
И дико зво’нок их плач голо’дный
Среди холо’дной плывущей мглы’.
(И. Бунин)

Четвертым же пятидольником написана «Песня о Соколе» М. Горького.

Наиболее эффектен и необычайно красив, хотя и весьма редок пятидольник второй, в этом примере допущено превышение пятидольной меры (шесть слогов в 6 и 7-ой строках):

Безво’дные золоти’стые пересы’пчатые барха’ны
Стремя’тся в полусожже’нную неизве’данную страну’,
Где пра’вят в уедине’нии златоли’цые богдыха’ны,
Вдыха’я тяжелоды’мную златоо’пийную волну’.
Где в на’бережных фарфо’ровых импера’торские кана’лы
Побле’скивают, перепле’скивают кори’чневой чешуе’й,
Где в бе’лых обсервато’риях и библио’теках опаха’лы
Над ру’кописями ве’тхими, точно ве’тер берегово’й.
(Г. Шенгели)

Традиционная теория стиха игнорирует пятидольник как самостоятельную меру метрического стиха. Я считаю пятидольник самостоятельным своеобразным размером и рекомендую иной раз обращаться к нему, как к техническому средству выражения ваших мыслей.

Шестидольник — самая сложная из ритмических групп. Шестидольник состоит из сочетания четырехдольника с двудольником; главный метрический акцент приходится на первую долю четырехдольной части, а побочный акцент — на первую долю двудольной части: | Имеет шесть видовых форм:

Шестидольник 1-й | | |
Шестидольник 2-й | |
Шестидольник 3-й | | |
Шестидольник 4-й | |
Шестидольник 5-й | |
Шестидольник 6-й | |

Все эти формы образуют собой класс шестидольников. В русской поэзии наиболее разработаны первый, второй и четвертый виды. Пятый часто совмещается с первым. По традиционной теории стиха первый, третий и пятый шестидольники относятся к хореическим размерам, а второй, четвертый и шестой шестидольники к ямбическим.

Шестидольник первый:

О’блаком вол|нистым |
| Пы’ль встает вда|ли; /\ |

Ко’нный или | пеший — |
| Не вида’ть в пы|ли! /\ |
(А. Фет)

Шестидольник второй, который обычно применяется в шестистопном ямбе:

Люб|лю’ твой слабый | све’т в не|бе’сной выши|не’:
Он | ду’мы пробуди’л, у|сну’вшие во | мне’.
(А. Пушкин)

Шестидольник третий (единственный пример):

| Если б | су’мерками |
| Звезды | вы’бежали |
| Пере|ми’гиваться |
| У пру|да’, /\ /\ /\ |

| Мы фо|на’риками |
| Элек|три’ческими |
| Им под|све’чивали |
| бы тог|да’. /\ /\ /\ |
(А. Квятковский)

Отсутствие в поэтической практике стихотворений в форме шестидольника третьего объясняется, видимо, сравнительно небольшим количеством в русском языке слов с четырехсложными окончаниями; поэтому так редко встречаются вообще стихи с четырехсложной рифмой или четырехсложной клаузулой.

Шестидольник четвертый:

Си|неет | па’луба — до|рога | ско’льзкая,
Ка|чает | здо’рово на | кораб|ле’, /\ /\
Но | юность | ле’гкая и | комсо|мо’льская
И|дет по | па’лубе как | по зем|ле’. /\ /\
(Б. Корнилов)

Шестидольник пятый (трехкратный):

На пи|рах ве|сёлых,
В дерев|нях и | сёлах
Прово|дили | дни’. /\

Я в ле|су си|де’ла
Да в ок|но гля|де’ла
На кус|ты и | пни’. /\
(И. Бунин)

Шестидольник шестой:

Обыкно|венный | де’нь, обыкно|венный | са’д.
Но поче|му кру|го’м колоко|ла зве|ня’т?
(Г. Иванов)

Брахиколон —очень своеобразный экспериментальный размер-односложник, в котором все слоги ударные. Каждая строка брахиколона всегда состоит из одного односложного слова. Является скорее поэтическим упражнением, чем полноценным размером.

Бей
тех,
чей
смех,
вей,
рей
сей
снег!
(Н. Асеев)

К разряду брахиколонических стихов можно отнести начало стихотворения Н. Асеева «Собачий поезд», где перемежаются односложные и двусложные слова: 65

Стынь,

Стужа,

Стынь,

Стужа,

Стынь,

Стынь,

Стынь…

День —

Ужас,

День —

Ужас,

День,

Динь,

Динь.

Следует отметить, что как элемент поэтической системы брахиколон появился в русской поэзии сравнительно недавно, у современных поэтов.

Александрийский стих — это шестистопный ямб с цезурой после третьей стопы. Рифмовка парная.

Надменный временщик, ll и подлый и коварный,

Монарха хитрый льстец ll и друг неблагодарный,

Неистовый тиран ll родной страны своей,

Взнесённый в важный сан ll пронырствами злодей! (К. Рылеев)

Это, конечно, не самостоятельный размер, но зато получивший собственное название вид ямба. Название он получил ввиду чрезмерной распространённости в конце 18 — начале 19 века.

Холиямб — пришедший из античности размер стиха, где последняя стопа шестистопного ямба заменена хореем. Вот силлабо-тоническая имитация холиямба:

Богатства бог, чье имя Плутос, — зна’ть, сле’п он!
Под кров певца ни разу не заше’л в го’сти.

(Гиппонакт, пер. Вяч. Иванова)

327 Холиямбическим можно назвать размер следующих стихов:

В огромном городе моем — ночь.
Из дома сонного иду — прочь.
И люди думают: жена, дочь, —
А я запомнила одно: ночь.
(М. Цветаева)

Одиннадцатисло’жник — одна из наиболее употребительных и устойчивых форм стиха в русской силлабической поэзии 17 и 18 вв. — строка из 11 слогов с паузной цезурой после пятого слога. Ритмическая структура является вариантом двойного шестидольника первого, с контрольным рядом | | || | |.

| Ой стоги, сто|ги, /\ || на лугу ши|роком, |
| Вас не пере|честь, /\ || не окинуть | оком! |
| Ой, стоги, сто|ги /\ || в зеленом бо|лоте, |
| Стоя на ча|сах, /\ || что вы стере|жете? |
(А. Толстой)

Четверостишие Толстого служит прекрасной метрической моделью для понимания ритмической структуры одиннадцатисложных русских виршевиков: это паузированный вариант двенадцатидольника, вернее сдвоенного шестидольника первого. Вот беспаузный двенадцатисложник:

| Да благосло|вит тя || господь от Си|она |
| на высоко|честнем || месте царя | фрона. |
| Да благосло|вит же || венчанную | главу |
| на премноги | лета || соблюдати | здраву. |

А вот одиннадцатисложник Симеона Полоцкого с однодольной паузой в конце первого полустишия, ритм инверсирован:

|По темной но|щи /\ || день светлый бы|вает, |
| солнца луча|ми /\ || всю тьму истреб|ляет. |
| Вся веселят|ся, /\ || егда осве|щенна|
| солнцем быва|ют /\ || преукра|шенна. |

Или у А. Кантемира:

| Тщетную муд|рость /\ || мира вы ос|тавьте, |
| Злы богобор|цы! /\ || обратив кор|мило, |
| Корабль свой | к бре|гу /\ || истины на|правьте, |
| Теченье вы|ше /\ || досель блудно | было. |

| Что дал Гора|ций, /\ || занял у фран|цуза. |
| О, коль собо|ю /\ || бедна моя | муза! |
| Да верна; у|ма /\ || хоть пределы | узки, |
| Что взял по-галь|ски — /\ || заплатил по-|русски. |

Тринадцатисложник общепринятое название самого популярного и устойчивого стихового размера в поэзии русских виршевиков 16-18 вв. Подавляющее большинство стихотворений силлабистов написано этим размером, который является исконной формой русского народного стиха, встречающейся и теперь в частушках.

Метрическая модель тринадцатисложника имеет два варианта: при наличии мужской цезуры | | ^ || | ^^ | и при трехсложной («дактилической») цезуре | | ^ || | ^^ |. В первом полустишии 8 долей, из них 7 долей занимают 7 слогов и одну долю однодольная цезурная пауза; во втором полустишии тоже 8 долей, из них первые 6 долей занимают 6 слогов, а на две концевые доли приходится двудольная пауза. Стихи виршевиков нужно читать речитативом.

| Уме недо|зрелый, плод /\ | недолгой на|уки! /\ /\ |
| Покойся, не | понуждай /\ | к перу мои | руки: /\ /\ |
| He писав, ле|тящи дни, /\ | века прово|дити /\ /\ |
| Можно и сла|ву достать, /\ | хоть творцом не |слыти. /\ /\ |

309

| Ведут к ней нетрудные /\ | в наш век пути | многи. /\ /\ |
| На которых | смелые /\ | не запнутся | ноги. /\ /\ |
(А. Кантемир)

Перед нами классический пример 13-сложного силлабического стиха, в котором представлены и константные, и инверсированные строки, и цезура мужская (первые четыре стиха), и цезура «дактилическая» (два последних стиха). При сочинении своих стихов виршевики отсчитывали слоги по два на один удар. У Симеона Полоцкого стих тяжелее, чем у Кантемира, он допускал некоторые неправильности в строении стиха, например: женскую цезуру посредине стиха (вторая строка):

| Чин купецкий | без греха /\ | едва может | быти, /\ /\ |
| На многи бо | я злобы /\ | враг обыче | лстити. /\ /\ |

Стихотворение Симеона Полоцкого «Клевета» заканчивается строками, ясными по мысли и по метрической конструкции четырехдольника с константным ритмом:

| Паче нетер|пимую /\ | смерть себе из|брати, /\ /\ |
| Неже осквер|ненную /\ | плоть свою пре|дати. /\ /\ |

Белым тринадцатисложником написал Кантемир стихотворение «Екатерине Первой». Вот начало:

| Тебе ж, само|держице, /\ | посвятить труд | новый /\ /\ |
| И должность со|ветует /\ | и самое | дело. /\ /\ |
| Извинят о|ни ж мою /\ | смелость пред то|бою. /\ /\ |

«Выпрямленный» Тредиаковским тринадцатисложник с постоянным ритмом вошел в арсенал русских поэтов наравне с другими стиховыми размерами. Им пользовались многие поэты:

| Раз в крещенский | вечерок /\ | девушки га|дали: /\ /\ |
| За ворота | башмачок, /\ | сняв с ноги, бро|сали. /\ /\ |
(В. Жуковский)

| Дайте в руки | мне гармонь, /\ | золотые | планки. /\ /\ |
| Парень девуш|ку домой /\ | провожал с гу|лянки. /\ /\ |
(М. Исаковский)

Таким образом, можно сказать, что тринадцатисложник, выйдя из недр народной поэзии, в течение двух веков служил нашим виршевикам верой и правдой, чтобы затем уже в реформированном виде работать в русской поэзии еще два столетия.

Объективно говоря, одиннадцатисложниками и тринадцатисложниками никто уже не пишет, потому что поэзия совершенствуется, и силлабические стихотворения уходят в Лету. Не рекомендую и вам. Но знать, что такое старорусская поэзия, никому не вредно.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *