Вычислительная техника

Роль отца в социализации детей

А. Адлер подчеркивал роль отца в формировании у ребенка соци­ального интереса. Во-первых, у отца должна быть позитивная установка по отношению к жене, работе и обществу. Вдобавок к этому, его сфор­мированный социальный интерес должен проявиться в отношениях с детьми. По Адлеру, идеальный отец — это тот, кто относится к своим детям как к равным и принимает активное участие наряду с женой в их воспитании. Отец должен избегать двух ошибок: эмоциональной отгороженности и родительского авторитаризма, имеющих, как ни странно, одинаковые последствия. Дети, чувствующие отчужденность родителей, обычно преследуют скорее цель достижения личного пре­восходства, чем превосходства, основанного на социальном интересе. Родительский авторитаризм также приводит к дефектному стилю жиз­ни. Дети деспотичных родителей научаются бороться за власть и лич­ное, а не социальное превосходство (цит. по: Хьелл Л., Зиглер Д., 1997);

В 1970—1980-е годы роль отцов в воспитании и социализации де-< тей была под неуклонным вниманием американских исследователей. Особенно пристальное внимание исследователей уделялось периоду младенчества. Отмечалось, что в США отцы проводят со своими ма­ленькими детьми больше времени, чем раньше (Крайг Г., 2002). (Тоже писали советские исследователи о наших мужчинах в 1960—1970-е годы (Семья и быт, 1969)). Часть исследователей полагают, что, за исключе­нием кормления грудью, отцы способны обеспечить полный уход за ребенком. Они могут купать его, пеленать, кормить и качать так же умело, как мать. Отцы способны улавливать сигналы ребенка столь же чутко, как матери (Parke, 1981), и младенцы могут привязаться к от­цам не меньше, чем к матерям. У отцон, которые посвящают много времени заботам о грудном ребенке, устанаилипаются с ним прочные отношения привязанности, и детям это приносит большую пользу (Ricks, 1985).

Другое исследование дало несколько иные результаты. Авторы вели наблюдение за молодыми отцами и матерями, посещавшими курсы мо­лодых родителей, на которых, по крайней мере сначала, отцы вели себя очень активно, и ожидалось, что они разделят заботы по уходу за ребен­ком со своими женами. После рождения ребенка отцовские навыки по уходу за младенцем обоими родителями был и оценены значительно ниже материнских. В результате отцам была отведена роль помощников мате­рей. Ни один из отцов, принимавших участие в этом исследовании, не говорил о том, что жена помогает ему в уходе за ребенком. Мать брала на

себя основную ответственность по уходу за ребенком, а отцы играли вто­ростепенную роль, что связывается, по мнению исследователей, с их чув­ством некомпетентности в этой области (Entwi, 1988, с. 197).

Доказано влияние отцов на раннее развитие ребенка. Данные многих исследований говорят о том, что отцы, державшие ребенка на руках сразу после рождения, и в дальнейшем продолжали больше играть со своими подрастающими детьми и заботиться о них. Эта новая роль заботливого отца благоприятно сказывается на развитии семьи. По результатам одно­го из исследований, младенцы, чьи отцы активно участвовали в их вос­питании, показали боле высокие оценки по тестам моторного и умствен­ного развития (Pederson et al, 1979). Другое исследование показало, что такие младенцы вырастают более отзывчивыми в социальном плане (Рагке, 1979). Между супругами возникает меньше трений, у них наблю­дается единство целей и согласие в принятии решений, если они оба при­нимают активное участие в воспитании ребенка. Однако, оценивая эти данные, мы должны помнить, что отцы, которые с самого начала стре­мятся принять активное участие в общении со своими детьми, вероятно, и во многих других отношениях отличаются от тех, кто не пытается уста­новить ранний контакт с ребенком (Palkovitz, 1985).

Тем не менее отношение к грудным детям отцов, стремящихся при­нять активное участие в заботе о ребенке, отличается от отношения матерей. В большинстве случаев отцы играют с детьми, тогда как ма­тери обычно купают, пеленают и кормят их. Кроме того, сам стиль игры у отцов и матерей различен: отцы склонны играть с детьми более энер­гично: они подкидывают малышей в воздух, двигают их руками и но­гами, качают на колене.

Г. Крайг замечает, что отцы, у которых установились сильные эмо­циональные связи с грудными детьми, оказываются более чуткими к изменяющимся потребностям и интересам своих детей и когда они взрослеют. Такие отцы имеют большее влияние на своих детей, дети чаще прислушиваются к ним и хотят походить на них благодаря ус­тановившимся между ними тесным, разнообразным отношениям (Крайг Г., 2001).

Положительную роль отцов в раннем детстве различные авторы связывают с тем, что:

■ отцы играют заметную роль в формировании своего ребенка в
ситуациях, когда ему неясно, как вести себя в данный момент;

■ отцы, которые чутко реагируют на сигналы ребенка и скорее ста­
новятся значимыми фигурами в детском мире, скорее проявля­
ют себя как действенные посредники социализации;

■ когда ребенок становится старше, отец превращается для него в
важную ролевую модель;

■ отец может выступать в роли болельщика ребенка и защитника
, его успехов.

Некоторые американские исследователи отмечают даже, что у от­цов, которые недосягаемы для маленькихдетей, могут возникнуть труд­ности в налаживании с ними прочных эмоциональных связей в после-* дующем (Rick, 1985). Однако даже наличие явной корреляционной зависимости между заботой отцов о новорожденных детях и их взаи­моотношениями в более позднем возрасте ребенка (например, в под­ростковом) еще не говорит об их причинно-следственной связи. Ско­рее всего, более глубоким фактором является общее отношение муж­чины к близким, к семье (и к ребенку) и к самому себе. Если в его жизни главное — удовлетворение собственных потребностей, а любовь к себе затмевает все другие формы любви — к жене, ребенку, то такое отношение может превалировать как в ранний период отцовства, так и в дальнейшей жизни. Например, если для родителя главное — его работа, общение вне семьи, отдых, который не предусматривает ни заботу о ребенке, ни совместное с ним препровождение времени, та такой отец в три года может мало интересоваться воспитанием ребен­ка, в пять лет — высказывать всем недовольство детскими негативны­ми проявлениями (любыми) и его плохим воспитанием, которое дали ему мать, бабушка (виновник всегда вовне), а в десять возмущаться плохими успехами сына или дочери в учебе.

По мнению американских ученых, косвенное влияние отца на мла­денца и на семью имеет весьма большое значение. Многочисленные исследования показывают, что поддержка отцом матери во время ее беременности и раннего младенчества очень важна для начала уста­новления позитивных отношений. Отсутствие отца в период младен­чества создает немалые трудности для функционирования семейной системы (Lewis, 1987). Кларк-Стюарт к своем исследовании трехсто­ронних отношений во многих семьях обнаружила, что влияние мате­ри на ребенка носит непосредственный характер, тогда как отец влия­ет на малыша часто опосредованно — через мать. Ребенок же чаще всего влияет на обоих родителей напрямую (Clarke-Stewart К. А., 1978).

Отечественные педагоги и психологи также постоянно подчерки­вали значение отца в семейной социализации. Отмечалось, например, что в воспитании сына отцу принадлежит особая роль. Значимость личности отца прежде всего в том, что для сына он представляет (Анд­реева Т. В., 2003) эталон мужчины. Образцы поведения отца, копируе-

мые ребенком, формируют нравственный облик, способы поведения мальчика. От отца он перенимает мужественные черты, учится мужс­кому достоинству, рыцарству (Островская Л. Ф., 1990).

Предполагалось, что теплое отношение отца должно сказываться боль­ше на Я-концепции сына, а не дочери. Но подтвердилось обратное: власт­ный, доминантный контроль отца приводил к негативизации образа Я у мальчиков, никак не сказываясь на образе Я девочек. Р. Берне в связи с этим формулирует вопрос, пока не получивший ответа: может быть, дело не в том, что доминантность отца негативно влияет на Я-концепцию маль­чиков, а в том, что доминантность отцов перекрывает пути доминирова­нию матери, которое оказывало бы позитивное воздействие? Он настой-* чиво подчеркивает значение родительского тепла и настаивает на пре­зумпции родительской любви, утверждая, что ни капризы ребенка, ни гнев родителей не подрывают внутреннюю преданность и любовь к нему матери и отца (Каган В. Е., 1991, с. 121.; Берне Р., 1986).

А. И. Захаров указывает на факт снижения эмоциональной чувстви* тельности у мальчиков при оценке отца как злоупотребляющего алко­голем (по сравнению с мальчиками, у которых трезвые отцы). «Глав-* ным фактором, объясняющим наличие этого феномена у мальчиков, а не у девочек, будет их своеобразная, опосредованная возрастной по­требностью ролевой идентификации «адаптация» к образу пьяного, угрожающего или ведущего себя нелепо отца, в сравнении с чем мерк­нет страх перед различного рода воображаемыми чудовищами и при­зраками, «черной рукой» и т. д.» (Захаров А. И., 2000, с. 77).

Р. Кемпбелл на основе своих наблюдений пишет, что у добрых от­цов вырастают мужественные сыновья, в то время как у черствых, сверхмаскулинных — женоподобные (Кемпбелл Р., 1992).

Д. Виткин указывает, что маленький мальчик пользуется отцовс^ кой моделью поведения. Если отец выражает свое недовольство агрес­сивно, его сын будет пытаться поступать подобным же образом. Если отец скрывает свое раздражение под маской молчания, сын будет счи­тать это нормой мужского поведения. Общие игры, секреты, симпа­тии и привязанности между отцом и сыном будут для сына гораздо лучшей моделью мужского поведения, чем прямые жесткие попытки воспитать «настоящего мужчину». Мудрое, щедрое на ласку отцовс­кое воспитание способствует формированию более мужественных мальчиков и женственных девочек (Виткин Д., 1996а).

В российских семьях наблюдались несколько иные закономернос­ти. По данным наблюдений семей детей-невротиков, мужчины не представляют стабилизирующего фактора в семье вследствие отсут-

ствия адекватного опыта семейных взаимоотношений в детстве, мяг­кости характера, приниженной роли в семье, занятости или стремле­ния еще более ужесточить требования к детям и наказать их за так на­зываемое своеволие, а на самом деле за появление защитно-протест-ных установок (Захаров А. И., 2000, с. 233). Вероятно, мягкость характера отца наряду с его отстраненностью от семейных проблем и отсутствием авторитета в семье способствует невротизации сыновей.

Тот же автор, ретроспективно анализируя группу из 14 мальчиков 7-8 лет, испытывающих трудности при их обучении в первом классе, делает, в частности, вывод о недостаточности роли отца в их семьях. В дошкольном возрасте мальчики испытывали недостаток отцовско­го влияния вследствие его блокирования другими взрослыми членами семьи, занятости, незрелости или чрезмерной строгости и недоступ­ности отца. Во всех случаях у мальчиков практически отсутствует при­вязанность к отцу. Его авторитет для них крайне низкий. Роль отца в семье своеобразно заменяет бабушка или мать.

Многолетние исследования А. И. Захарова неврозов у детей и ана­лиз отношений в их семьях на протяжении трех поколениях приводит его к сходным выводам. Отмечается доминирующая роль бабушек по обеим линиям родства и явно недостаточная роль дедушек — другими словами, избыток женского и недостаток мужского влияния в прошлом.

«Недостаточная или отрицательная ролевая идентификация с ро­дителем того же пола создает дополнительные трудности в общении со сверстниками в детстве и неблагоприятно отражается на отноше­ниях с детьми в семье в настоящем. Подобная отрицательно действу­ющая взаимосвязь более характерна для отцов, поскольку они сами не имели адекватного опыта с отцом в детстве, то есть не были сыном отца, а теперь не стали отцом сына» (Захаров А. И., с. 230).

Каган по поводу становления мальчиков и девочек пишет, что тре­бования к маскулинности мальчиков в целом жестче, чем к феминин-ности девочек, и мальчики в процессе психосексуальной социализации испытывают большее средовое давление. В последние десятилетия на­метились довольно тревожные сдвиги в этой области. Жесткость требо­ваний к маскулинности мальчиков обрела преимущественно деклара­тивный характер. Мальчик в ходе феминизированного воспитания пе­реходит из одних женских рук в другие (мать — воспитательница — учительница — женщина-начальник), и какими бы ни были призывы воспитания, сколько бы мальчик ни слышал от женщин, каким должен расти мужчина, он воспитывается прежде всего как «удобный в обраще­нии» для женщин. Жесткость требований к маскулинности растет па-

раллельно с социальными барьерами на путях маскулинизации, созда­вая мощный эмоционально-когнитивный диссонанс, способствующий либо поло-ролевой растерянности, либо утрированно-маскулинным поло-ролевым ориентациям. В связи с этим требования к фемининнос-ти девочек прогрессивно уменьшаются, в диапазон их поло-ролевых ори­ентации все больше и больше включаются маскулинизированные сте­реотипы поведения взрослых женщин (Каган В. Е., 1991, с. 71).

Кон обращает внимание на то, что «очень важно систематическое воспитание родителей, особенно матерей, чтобы они не старались чрез­мерно опекать и занянчивать мальчиков» (Кон И. С, 1989, с. 227).

Роль отца в усвоении ребенком половой роли может быть особо значимой (Honig, 1980, Parke, 1981). Отцы даже в большей степени, чем матери, приучают детей к половым ролям, подкрепляя развитие женственности у своих дочерей и мужественности — у сыновей. Одно время считалось, что влияние отцов сказывается только на обучении сыновей маскулинным моделям поведения, и, кажется, это утвержде­ние действительно верно для детей дошкольного периода.

Мальчик, отец которого покинул семью до того, как ему исполни­лось пять лет, впоследствии оказывается более зависимым от своих ровесников и менее уверенным в себе, чем мальчик из полной семьи (Parke, 1981). Если мальчик ведет себя, опираясь на готовую модель отцовского повеления, то в результате его поведение и психика стано­вятся более стабильными (Виткин Д., 1996а).

На девочках отсутствие отца сказывается в первую очередь в под­ростковый период. Хорошие отцы способны помочь своим дочерям научиться взаимодействовать с представителями противоположного пола адекватно ситуации (Lamb, 1979, Parke, 1981).

Говорят: мать уч ит ребенка жить в доме, отец помогает ему выйти в мир, другими словами, мать ответственна за эмоциональные привя­занности, а отец — за эмоциональную независимость. Если же в семье происходят постоянные конфликты или же один из родителей отсут­ствует (физически или эмоционально), ребенок не получает необхо­димого воспитания (Виткин Д., 1996).


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *